Главная Поиск Обратная связь Карта сайта Версия для печати
Доска объявлений Инфопресс
Авторизация
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Поиск по сайту

Комитет по внешним связям Санкт-Петербурга



Музейщиками не рождаются

Музейщиками не рождаются

Согласно данным Департамента статистики ЭР, за 2016 год в музеях Эстонии побывали 3,5 миллиона человек, то есть, как подсчитали специалисты, на каждого жителя страны приходится 2,6 посещения музеев в год. Поскольку прошлогодние цифры пока не обнародованы, сказать, как дело обстояло в 2017-м, невозможно. Но, задавшись вопросом: так ли это в реальности? – корреспондент «Инфопресс» провёл собственное расследование. И… обращаясь к случайным прохожим в Таллинне, Нарве и Раквере, усомнился в непогрешимости официальной статистики.

О том, что не так давно были в каком-то музее, говорили, в основном, дети и туристы. Дети ездили туда с одноклассниками – экскурсии, надо отдать должное педагогам, проводятся для школьников регулярно. Туристы же (за исключением, пожалуй, тех, кто затаскивал на паром «Таллинн-Хельсинки» тяжелые сумки с дешёвым по финским меркам алкоголем) один восторженнее другого повторяли: «Ах, Kadriorg Palace!», «О, Saaremaa Museum!», «WOW, Ilon's World of Wonders!» С учётом же того, что в позапрошлом году в Эстонию приезжали два с лишним миллиона туристов, можно предположить, что с экспозициями знакомились скорее они, чем местные пенсионерки или члены профсоюза шахтеров и энергетиков…
Между тем в стране работает 246 музеев, охватывающих все - от древней истории до творчества зарубежных художников, и каждый из них заслуживает того, чтобы туда отправиться. А с чего начать – подскажет календарь. Раз уж мы сейчас празднуем юбилей своей независимости, самое время съездить в Лагеди…

В 1921 году в Эстонии функционировали всего 11 музеев, однако они были открыты фактически по всей стране: Эстонский, Музей провинциальной Эстонии и Музей Освободительной войны в Таллинне; Национальный и Музей Общества эстонских студентов в Тарту; Городской имени Лаврецовых и Музей Петра Великого в Нарве; Музей Общества обучения в Курессааре; Музей округа Ярвамаа в Пайде, а также Музеи Пярну и Вильянди. 
Сегодня 52% музеев действуют в Харьюмаа, Тартумаа и Ляэне-Вирумаа, а остальные 48% более-менее равномерно распределены по остальной территории. При этом в 2016 году столичные музеи зафиксировали 1,5 миллиона посещений, в тартуских побывали 660 тысяч экскурсантов, а в музей Общества обучения в Курессааре заходили всего 30 человек.

Благая весть
Eesti Vabadusvõitluse Muuseum - Музей борьбы за свободу Эстонии - часто называют самым оригинальным в стране. Что в нём необычного? Рассматривая фотографии в интернете, тот, кто ни разу не бывал на островке посреди речки Пирита, думает: да ничего особенного! Старые книги? Их полно где угодно. Огромное количество оружия? Так ведь в музее генерала Лайдонера и экспонатов больше, и разброс по времени выпуска мушкетов, ружей и «калашей» шире. Развешенные по стенам картины? Да ведь они же не представляют ни малейшей художественной ценности! Даже сам дом, в котором бывший акробат-моряк-фермер-строитель Йоханнес Тырс устроил частный музей, почти ничем не отличается от аналогичных, выстроенных примерно в то же время. И ради этого тащиться по Таллиннской окружной, с каждым километром удаляясь от многообещающих туристических маршрутов?..
Наверное, в таких рассуждениях содержится некоторая крупица истины. Но, поборов лень и отбросив привычный всем тезис: «я не видел, но мне не нравится» - начинаешь думать совсем по-другому…
- Вы, Йоханнес, часто говорите журналистам, что идею создать в Лагеди музей вам подсказал сам Бог. Но признайтесь, это же – пиар-ход, заманиловка для туристов?
- Да нет же! Всё так и было! Я даже точную дату и время, когда это случилось, помню! Не буду утверждать, что со мной заговорил сам Господь, но 20 октября 1988 года, ровно в пять часов утра, я увидел сон: речка, белый дом на берегу, вокруг которого стоят деревья, и чей-то голос: «Йоханнес, ты должен собрать в этом месте всё оружие, какое найдешь на эстонской земле»…
- Знакомое место?
- В том-то и дело, что нет! Проснулся, сижу, думаю: что ж за сон такой? И тут какая-то неведомая сила объясняет, куда надо ехать. В общем, разбудил я жену, и мы отправились в путь. А когда приехали, жена даже немного разозлилась, потому что никакого дома не оказалось и в помине. Обгоревший фундамент, 48 деревьев и крапива…
- Вы уже знали, чей дом тут стоял?
- Мне рассказали, что эту землю когда-то купил брат нашего первого президента, Вольдемар Пятс. Купил и построил тут дом, где постоянно собирались молодые художники. Вы же знаете, что он был очень артистичным человеком? Поэтому и окружал себя такими людьми. А они сюда с удовольствием ездили – место очень уж красивое… 
Так вот, В 44-м году Вольдемар уехал в Австрию, был председателем Ассоциации эстонско-австрийской дружбы, потом – в Швецию, оттуда в Канаду. Там он и умер, говорят, в электричке от сердечной недостаточности.
- И земля с тех пор фактически пустовала?
- Получается, что так, дом же сожгли… В общем, мы с женой недели две думали, что делать, а потом я решил съездить ещё раз. И та неведомая сила послала мне навстречу человека, который до Второй мировой служил у Пятса смотрителем. Он достал фотографию дома, и у меня даже руки задрожали – в точности то место, что я видел во сне! 
В общем, сходил я к развалинам, замерил размеры фундамента -18,5 х 22,5 метра, вернулся домой и говорю жене: будем строиться… 

Дом-музей у тихой речки 
Рассказывая о своём музее, Йоханнес Тырс, как правило, подчёркивает, что всё здесь, до последнего гвоздя, он купил на свои деньги, никто и никогда не давал ему ни единого гроша. 
В том, что суммы вложены немалые, сомневаться не приходится. Однако и говорить, будто бы помощи не было ниоткуда, всё же нельзя. Известно, к примеру, что в 2006 году государство выделило ему на охрану музея 375 тысяч крон (около 25 тысяч евро). Но, так или иначе, чтобы осуществить мечту, Тырс брался за любую работу: шабашничал с плотниками, выкармливал свиней на продажу, а если выдавалось свободное время, сразу приезжал в Лагеди - выкапывал разросшиеся по всему участку кусты, своими руками строил мост через реку Пирита, приводил в порядок фундамент, на котором предстояло возводить дом по фотографиям, полученным от внука президента Мати Пятса. 
Словом, расслабляться было некогда, тем более, что указание той самой «неведомой силы» никак не шло из головы, а значит, надо было собирать по эстонской земле оружие…
- Вы, Йоханнес, стали коллекционировать оружие, когда появилась идея создать музей, или занимались этим раньше? 
- Открою вам тайну: первый пулемёт мы с друзьями нашли ещё в 1949 году.
- Ничего себе! И где вы его прятали?
- Ну… Это не интересно. Давайте я лучше расскажу, как объявил независимость за два года до того, как это сделали официально. Это было 1 июля 1989-го. Я достал из шкафа выходной чёрный костюм, повязал галстук, встал посреди острова и объявил эту землю свободной от советской диктатуры. Потом переоделся, и мы начали строить дом.
- Занятная история, но давайте всё-таки вернёмся к вашей коллекции. Того, что в ней есть, достаточно для вооружения крупного воинского подразделения…
- Я сейчас покажу вам даже пару настоящих дуэльных пистолетов начала XIX века. 
- Жаль, что не известно, кому они принадлежали и в каких поединках были использованы. Однако хочу спросить о другом. Понятно, что почти каждый экспонат стоит немалых денег. Неужели вы купили все это на свои кровные, продавая в Ленобласть свиней и плотничая с артелью?
- Кое-что мне отдавали даром. Но хотите, я расскажу вам ещё один случай про то, как собиралась коллекция? Слушайте. Однажды на юге Эстонии я купил у какого-то деревенского парня пушку. Недорого, в хорошем состоянии. Прицепил ее к своей машине, еду домой. Вдруг вижу – меня обгоняют полицейские на авто с мигалкой. Показывают: остановись! Я, честно говоря, немного растерялся и, видно, резковато притормозил. А пушка-то тяжёлая, она меня сзади подталкивает! В общем, врезался я в полицейскую машину…
- Представляю, какова была реакция! Кстати, пушка была действующая? 
- Нет… У меня и ружья могут стрелять только холостыми. Я их, кстати, даю реконструкторам, когда они устраивают свои мероприятия.
- Знаете, Йоханнес, ваш музей меня, конечно, поразил, но одновременно заставил задуматься – сколько же людей убито из этих шмайссеров, максимов и браунингов, я уж не говорю о танках, бронетранспортёрах и самолётах! У вас ведь тут оружие, с которым воевали и в период Освободительной войны 1918-1920 годов, и то, которое использовали бойцы Сил обороны и Кайтселийта, и вооружение времен Второй мировой, и то, с чем партизанили лесные братья… 
- Да, так. Поэтому я в 1999 году собрал здесь ветеранов войны и сказал им: «Парни! Никто не виноват в том, что эстонцам пришлось воевать и в советской, и в немецкой, и в финской армиях. Каждый из вас, когда его мобилизовывали, понимал: если отказаться - поплатишься кровью. Так было, это наша история и наша боль. Но мы же не враги друг другу! Мы - простые люди, каждый со своей судьбой»… 
- Вы ведь не воевали? 
- Нет, я был ещё маленький, мама прятала меня в печке… Так вот. Мы с теми парнями-ветеранами, все вместе, возложили на постамент огромный меч и поклялись, что брат больше никогда не пойдет на брата. Так он теперь и лежит, как символ того, что на нашей земле установился мир. Я надеюсь, навсегда… 

Одним из подарков к 100-летию независимости Эстонии стал Музей Освободительной войны, открытый на севере страны, в здании вокзала города Кехра (где в январе1919 года произошло сражение эстонской Освободительной и Красной армий). 
На станции городской железнодорожной станции имеется один перрон и четыре пути, однако тут останавливаются все пассажирские поезда восточного направления, что должно положительно сказаться на посещаемости нового музея.
В настоящее время тут работает лишь один человек – смотритель, но инициаторы превращения разрушенного вокзального здания в достопримечательность уезда Харьюмаа уверены, что и эстоноземельцев, и иностранных туристов заинтересует экспозиция, рассказывающая не только о ходе битвы, но и о ее участниках, среди которых были один из основателей эстонской армии, начальник штаба Вируского фронта генерал-майор Александер Тыниссон и командир бронепоезда N1, полный георгиевский кавалер Антон Ирв. 

Светлана БЕЛОУСОВА
Фото Андрея Лазурина 
Инфопресс №10 (2018 г.)





 






Возврат к списку