Главная Поиск Обратная связь Карта сайта Версия для печати
Доска объявлений Инфопресс
Авторизация
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Поиск по сайту

Комитет по внешним связям Санкт-Петербурга



Силламяэский чиновник работает в мэрии уже сорок лет

Силламяэский чиновник работает в мэрии уже сорок лет

«Где родился, там и пригодился» - этот принцип можно считать таким же краеугольным камнем нашей жизни, как и стремление покорять своими талантами иные города и страны. В самом деле, чтобы кто-то мог «завоевывать» столицы, должны быть люди, которые долго и на совесть будут трудиться в провинции.

Для Тийи МОРОЗОВОЙ, главного специалиста по делопроизводству силламяэской горуправы, Силламяэ - родной край. И весь ее трудовой стаж связан тоже с ним и с ближайшей округой. В том числе сорок лет местом ее работы является «дом под шпилем» - сначала силламяэский горисполком, теперь городское управление. Менялись не только мэры - их за эти сорок лет было десять, - но даже и политический строй, а Тийа Морозова год за годом вела и вела городское делопроизводство. Как она признается, за это время научилась запоминать даже внешний облик того или иного документа, что очень помогает найти его в нужную минуту.

- В мэрии Силламяэ я начала работать 21 июня 1971 года. Поступила на эту должность, между прочим, по конкурсу.

- Ого, и тогда конкурсы были…

- Да, нас, претендентов на эту должность, было трое. Я меньше всего ожидала, что выберут меня, но вдруг звонок - до горисполкома я работала в конструкторском бюро силламяэского завода - «завтра приходите на новую работу». Так я и стала заведующей общим отделом силламяэского горисполкома. Названия должности потом менялись, но работа всегда оставалась той же: документация городских властей.

- А что заставило уйти с силламяэского завода? Ведь в те времена работа на секретном предприятии давала свои преимущества.

- Мне сейчас даже не вспомнить, почему я решила участвовать в конкурсе на должность в горисполкоме. Знакомых у меня в этом здании не было. Но до работы здесь я все же сменила несколько мест - искала наиболее подходящее, и не буду скрывать, что финансовая сторона при этом тоже имела значение. Я вообще труда никогда не боялась, и всегда старалась, по возможности, подработать дополнительно. Ведь были периоды, когда не меня ложились обязанности главы семьи.

А еще в те годы не было компьютеров и много писали от руки. У меня был хороший почерк. Помню, по поводу какого-то юбилея город отправлял поздравление генеральному секретарю ЦК КПСС Брежневу - так вот это поздравление было написано моей рукой. Не знаю, если в Москве есть музей Брежнева, то этот приветственный адрес, наверное, до сих пор там хранится (смеется).

- Тийа Эрнстовна, что представлял собой силламяэский горисполком в то время, когда все нити жизнедеятельности города держал в руках секретный силламяэский завод?

- Прежде всего, вспоминается очень строгий контроль за всем со стороны городского комитета партии, который находился в том же здании, что и мы. Большинство документов проверялось горкомом, жестко требовали соблюдения сроков работы с ними. Если кто-то из работников горисполкома не разобрался вовремя с письмом, попадало и мне за то, что проморгала. И все равно, мне эта работа нравилась, она действительно развивала, потому что приходилось быть в курсе самых разных сфер жизни города.

- Так все-таки городская власть что-то могла сделать или все решал завод, которому подчинялись и жилкомхоз, и медицина, и торговля?

- Даже заводское начальство было под контролем городского партийного комитета. В то время от слов «явиться в горком с отчетом» людей в дрожь бросало, тем более что в советские годы отношение к начальству вообще было иным - не таким «свойским», как сейчас. Что же касается жизнедеятельности города, то когда все эти вопросы были сосредоточены в руках одного предприятия, тем более богатого, - многое решалось проще. Всегда есть и плюсы, и минусы.

- Горисполком - это не секретный завод, но в городе, где такое предприятие есть, секретность наверняка затрагивала и городские власти?

- Конечно. Когда я поступила на работу в 71-м году, корреспонденция для Силламяэ еще шла на адрес «Нарва-10». И вся городская переписка, прямо или косвенно затрагивавшая завод, тоже носила гриф «секретно». Могу сказать, что я никогда не давала поводов вызвать меня «на ковер» за болтливость. В связи с ведением секретной документации мне пришлось окончить… не помню, как это точно называется - партийная школа или университет марксизма-ленинизма. На лекции и экзамены мы ездили даже в ЦК партии в Таллинн. Этот этап я прошла успешно, а вот членства в партии удалось избежать.

- Извините за такой вопрос. Эстонцы, которые при СССР работали в органах власти, иногда объясняют свое советское прошлое примерно так: мы-де шли во властные структуры, чтобы чуть ли не изнутри эту систему разваливать. То есть работали на советскую власть, но держали фигу в кармане… Вы, эстонка, эту идеологию разделяете?

- Нет, я так никогда не делала, у меня и в характере такого нет. Я всю жизнь в Силламяэ и Ида-Вирумаа, где много русских. У меня муж был русский, дети окончили русские школы, зато внук, окончивший эстонскую школу, знает и русский, и эстонский, и английский, и немецкий языки. Я никогда не делила людей по национальному признаку.

- На что горожане больше жаловались в свой местный орган власти в 70-80-х годах и на что - сейчас?

- Сейчас самая актуальная тема - социальная, это и понятно: безработица и т.п. В 70-80-е массовых жалоб не припомню. Был, правда, период антиалкогольной кампании, и тогда, конечно, поступало много сигналов в отношении соседей-алкоголиков. Этот контингент активно пропесочивала административная комиссия горисполкома - кстати, мне довелось быть ее секретарем, а потом и председателем… Сегодня для молодежи звучит странно, но старшее поколение помнит: тридцать и более лет назад считалось преступлением также, если человек не работал, - он назывался тунеядцем, и материалы на таких персон тоже проходили через горисполком.

Вообще, жалоба жалобе рознь. Есть категория людей, которые сути дела не знают, но очень хотят куда-то пожаловаться. А есть случаи, когда горожанин пишет то, что и жалобой-то язык не поворачивается назвать: например, просит благоустроить свой город, отремонтировать освещение, сделать детскую площадку. Из обращений людей обычно видно, чтó ими движет.

- Бюрократических процедур сейчас больше или меньше, чем в советские годы?

- В работе самоуправления, которую рядовой горожанин не видит, всяческих отчетов и справок сейчас очень много. Особенно скрупулезным надо быть, когда проводятся конкурсы госпоставок и используется финансовая помощь из различных фондов.

- Можете как опытный бюрократ - в хорошем смысле слова - привести примеры, когда бюрократия все же полезна для человека?

- В 90-е годы пышным цветом расцветало предпринимательство, фирмы открывались-закрывались. Люди там работали, а потом спохватывались: а как мне подтвердить свой стаж в этот период? Нужные документы предпринимателями зачастую не оформлялись, в архивы не сдавались… В результате люди до сих пор бегают в поисках своих «годов». Это коснулось, например, швейников. Очень жаль, что эти АО 90-х выпали из поля зрения властей.

- Есть профессии, носители которых в силу частого соприкосновения с проблемами других людей вырабатывают нечто вроде профессионального иммунитета. Как вам удалось сохранить здравый рассудок после того, как через вас много лет проходили все крики о помощи горожан, адресованные власти, и информация обо всех городских проблемах?

- Когда я выхожу из здания мэрии - «переключаюсь». Собираю марки, монеты, люблю часами разглядывать их, читать про них. Люблю исторические передачи по телевидению, культурные мероприятия. Часто беру велосипед - и просто катаюсь по городу или округе. Правда, при этом все равно могу заметить где-то непорядок, о чем назавтра скажу коллегам. Несколько лет назад, когда внук был еще школьником, много занималась им - ездили по преподавателям, брали частные уроки. Короче говоря, переживать по поводу информации, полученной на работе, мне просто некогда.

- Кого из коллег по работе вспоминаете тепло?

- В этом доме мне все близкие и родные. Из прежних мэров добрым словом могу отметить Вадима Покровского - председателя горисполкома в 1972-1985 годах. Очень большого уважения, по-моему, заслуживает Айн Кивиорг - руководитель от Бога, с огромным опытом, недавно передавший город в очень хорошие руки - Елене Коршуновой. В общем, случайных людей в нашем здании нет.

- Ну-у, наверняка случайные тоже попадались.

- Не могу припомнить таких.

...Хочу еще добавить, что в моей профессии меня очень многому научили коллеги из Кохтла-Ярве и Нарвы Эне Эрро и Тийна Ломовцева.

- Откройте секрет - как можно проработать чиновником в одном и том же самоуправлении четыре десятилетия? Часть ответа на этот вопрос я знаю: как бы часто ни менялись первые лица власти, всегда нужны специалисты, которые ведут текущую работу и составляют как бы основу властного механизма. Но что кроме того?

- Помню, первые годы я в конце рабочего дня часто испытывала растерянность: что сегодня сделала? ничего не помню! полнейшая путаница в голове!! Но человек я упрямый, и расписываться в собственной беспомощности мне совершенно не хотелось. Поэтому все, чего не знала, я в конце концов узнавала. В том числе и компьютер в 90-х годах освоила. Помогла и природная любовь к порядку. В результате по дороге на работу я успеваю обдумать свои планы на предстоящий рабочий день и, входя в кабинет, уже точно знаю - что мне сегодня надо сделать.

Интервью взял Алексей СТАРКОВ

Фото автора

Инфопресс №28


Возврат к списку