Главная Поиск Обратная связь Карта сайта Версия для печати
Доска объявлений Инфопресс
Авторизация
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Поиск по сайту

Комитет по внешним связям Санкт-Петербурга



Новатор Ильмар Йыги

Взять интервью у нового руководителя «Eesti Põlevkivi» («ЕР») в моих планах было намечено давно, но как-то все не складывалось: его и моя загруженность были в основном тому помехой. И вот на днях буквально все совпало, и Аннеки Теэлахк, руководитель «ЕР» по персоналу, позвонила и сказала, что господин Йыги с удовольствием меня примет и ответит на все мои вопросы. Я, конечно, не заставил приглашать себя дважды.

- Господин Йыги, расскажите немного о себе: кто вы по знаку Зодиака, какова ваша семья?

- Я Овен, и как человек менеджмента, этому знаку полностью соответствую. Совсем недавно исполнилось 50. У меня жена и двое детей: сын, который учится в университете, и 4-летняя дочка. Дом в Таллинне, в Нымме.

- А животные в этом доме есть?

- Есть две собаки: одна из них доберман по кличке Роби. Я так его назвал в честь Роберта Лепиксона, известного эстонского бизнесмена и политика, мы с ним были хорошо знакомы, – Йыги улыбается и добавляет: - Но Роберту я о кличке собаки не говорил. (Несколько лет назад Лепиксон умер, - Е.С.).

- А в Йыхви вы где живете на неделе?

- В нашем фирменном пансионате в Кукрузе. У меня так составлен рабочий график, что три дня я работаю здесь, в Йыхви, и два дня в Таллинне, в главной конторе «Eesti Energia».

- Вы закончили ТПИ по какой специальности?

- По специальности «дорожный инженер-строитель дорог и мостов».

- Это была ваша мечта?

- В какой-то мере да, мой отец еще до войны тоже поступал учиться на отделение «архитектура и строительство». Это у меня с детства как-то отложилось, запомнилось, да и сама учеба в институте мне, в общем-то, нравилась.

- Математика и черчение, значит, вам хорошо давались в школе?

- И физика, и химия тоже. Я участвовал в разных олимпиадах по точным наукам.

- Где и кем вы впервые стали работать?

- Еще учась в институте, я уже работал в Центральной дорожной лаборатории в Таллинне, занимался сетью эстонских шоссейных дорог.

- А место работы до прихода в «ЕР»?

- Финский концерн «KUUSAKOSKI OÜ» по обработке отходов металла, я там был директором эстонской его части.

- Вы являетесь руководителем «Eesti Põlevkivi» с сентября 2007 года. Как вам здесь работается, вы уже освоились, или есть еще что-то специфичное, не совсем вам понятное?

- В принципе, могу сказать, что адаптировался, но есть отдельные вопросы, касающиеся непосредственно горных работ, поскольку я не специалист этого дела, и иногда мои идеи не совсем совпадают с мнением специалистов-горняков. Но я стараюсь глубже познавать это новое для меня производство и ничуть не стесняюсь учиться дальше. Я очень обучаемый человек! Ведь меня и в «KUUSAKOSKI», куда я пришел из «Eesti Energia» и о металле ничего не знал, тоже учили и хорошо выучили. И потом, я думаю, это хороший прием – дать подчиненным возможность учить своего руководителя, чтобы в результате такой учебы получился диалог понятливых коллег.

- Что вас привело или привлекло в «ЕР»? Зарплата, ваши честолюбивые амбиции, или..?

- Зарплата здесь ни при чем, в «KUUSAKOSKI», я получал больше. Дело в том, что в последнее время работы там, за полгода до ухода сюда, я был еще и генеральным директором всего Балтийского региона этого концерна, а региональный менеджер в международном концерне – это очень высокий и престижный пост. Здесь же меня привлекло то, что «ЕР» - это большая организация, в которой работает много людей, и что «ЕР» занимает очень важное место в общей структуре эстонского предпринимательства и производства. Скажу вам, что «Eesti Põlevkivi» интересовал меня уже тогда, когда я работал еще в правлении «Eesti Energia» и занимался Нарвскими электростанциями, и интерес этот с тех пор не пропадал. И когда мне в прошлом году предложили поучаствовать в конкурсе на должность руководителя «ЕР», то я без раздумий согласился. «KUUSAKOSKI» ведь организация маленькая, всего 600 человек, не тот масштаб работы. И я стал понимать, что где-то «застрял» (там я проработал 8 лет), что «не расту», хотелось чего-то большего, интересного, и «ЕР» в этом отношении оказалось тем, что мне надо.

- Все ваши предшественники, за исключением М.Йостова и Л.Кальювеэ, проработали в «Эстонсланце» не по одному десятку лет, были его патриотами и очень гордились как своим производством, так и людьми, здесь работавшими. Вы же, как и Йостов, вроде бы чужой здесь человек. А вы знаете, как тогда против Йостова «воевали»? Называли его «лесником», «банкиром» и «бульдозером», готовым разрушить «ЕР». В общем, так оно почти и случилось: при Йостове закрыли несколько шахт. Сам же Йостов говорил мне, что он пришел не для того, чтобы похоронить «ЕР», а наоборот, спаси его, и что более подходящим было бы сравнение его с грейдером, т.е. с планированием... А кем вы себя можете назвать: реаниматором, реформатором, новатором?

- Я себя считаю новатором, и Овен, к коему знаку я отношусь, всегда новатор - для него труднее разрушать и намного легче и интереснее начинать что-то новое, невероятное. Я отношу себя к такому типу руководителей, которые охотно затевают новые обширные проекты, которые, в свою очередь, в какой-то момент изменяют «лицо» предприятия.

- Недавно по местному кабельному телевидению я смотрел ваше интервью, где вы сказали, что мечтаете построить новое горное производство XXI века. Вкратце обрисуйте, что оно из себя будет представлять?

- Как раз вот такие процессы обновления, о которых я сказал выше, мы и пытаемся внедрять сейчас в «ЕР». К этому я отношу и наш совместный с «VKG» проект по строительству и пуску новой шахты в Ояма. Как вы знаете, последняя шахта в «ЕР» была построена довольно-таки давно, более 30 лет назад, это была шахта «Эстония». Так вот, на новой шахте в Ояма мы будем экспериментировать со всем тем, что будет касаться производства сланца в XXI веке, а это значит, что будет применяться новая технология добычи сланца, использоваться новые машины и оборудование. Вот попробуйте отгадать, в каком году придумана врубовая машина «Урал», которая применяется сегодня в шахтах «ЕР»? Не поверите, а это было 100 лет назад, придумали ее американские инженеры, а потом лицензию у них выкупили русские. Так вот, в шахте Ояма таких «динозавров» не будет, потому что если оставлять что-то старое, то полностью технологию добычи изменить уже нельзя, какое-то звено будет выпадать. И мы, создавая производство XXI века, будем строить всю технологическую цепочку заново, то есть «с нуля», - естественно, и профессиональный, и образовательный уровень самих шахтеров должен быть высоким. Мы планируем запустить эту шахту в течение двух ближайших лет, проходческие работы там уже идут... Конечно, по возможности мы что-то будем обновлять и на действующих шахтах.

- Господин Йыги, вы четвертый руководитель «ЕР», с кем я беседую. До вас я общался с Вяйно Вийлупом, «сланцевым королем» Эстонии, затем с Мати Йостовым, «родителем» фирменной пенсии, прозванной в народе «йостовской». Совсем недавно долго и подробно беседовали с «шахтерским генералом» Юло Тамбетом. Вы с кем-то из них были раньше знакомы?

- Вяйно Вийлупа я знаю уже с 1999 года, был на его юбилее, и потом еще несколько раз мы с ним встречались в разных местах. А Мати Йостова я лично сам в свое время оформлял на работу, когда он пришел к нам в «Eesti Energia», подготавливал для него рабочие задания. С господином Тамбетом я не встречался.

- У каждого из моих предыдущих «героев» были и есть свои любимые занятия. К примеру, Вийлуп занимается пчеловодством, Йостов разводил фазанов, любил охоту и в последнее время увлекался приготовлением барбекю. Тамбет любит возиться в своем саду, увлекается историей эстонской сланцедобычи. А вам что по нраву? Может, вы с удовольствием поете в хоре «Каэвур», или самозабвенно занимаетесь флористикой?

(Йыги улыбается) - По своему характеру и по взаимоотношениям с людьми я прирожденный тренер, это относится и к производственному коллективу тоже, где я ассоциирую себя с тренером команды. Сам я вот уже четверть века занимаюсь восточными единоборствами, и 20 лет из этого времени - китайской гимнастикой «ушу ичигун». До последнего времени у меня в Таллинне была своя группа, которую я тренировал, и здесь, в Йыхви, у меня нашелся единомышленник, с которым мы вместе тренируемся. Тренерское начало, наверное, пошло у меня от родителей: оба были тренерами по стрельбе и воспитали немало сильных стрелков, чемпионов Эстонии.

- А на что у вас «аллергия», чего вы вовсе не хотите делать?

- Для меня большая проблема сломать что-то, сделанное своими руками. Заставить себя сделать это бывает очень трудно.

- Вы компанейский человек?

- Быть в компании мне не сложно, но круг моих друзей не очень широк, и все потому, что я твердо убежден в том, что друг – это такой человек, которому ты просто обязан уделять определенное время для общения. И если ты точно знаешь, что такого количества времени у тебя нет и не будет, то и круг друзей должен быть соответствующий. А ведь время надо оставить еще и на семью: они, жена и дети, тоже в какой-то мере мои друзья. Ограниченный круг друзей - это издержки моей профессии, ее цена, если хотите.

- Спиртные напитки употребляете?

(Йыги смеется) - В этой области я не специалист, могу выпить бокал хорошего красного вина в придачу к грилю, или рюмочку-другую коньяка под кофе...

- Вы не возражаете, если я вас спрошу о женщинах? Что вас в них привлекает прежде всего?

- Прежде всего женщина меня интересует как личность, и если она ничего из себя в этом плане не представляет, то никакой ее шикарный внешний вид меня не привлечет. Мне симпатичны женщины сильные, неординарные, знающие, чего они хотят от жизни, а не инфантильные «снегурочки», которые все время чего-то хотят, но сами не знают, чего...

- Вы романтичный человек или сдержанный? Можете, к примеру, придти после работы домой с букетом роз и сказать своей жене Пиибе, которая на кухне готовит для вас любимый омлет: «Дорогая, отдай омлет Роби и переодевайся, я приглашаю тебя на романтическое свидание!». И поехать с ней в какое-нибудь уютное кафе или маленький ресторанчик, пить там при свечах красное вино, танцевать под песню «Маленький цветок» и шептать на ушко нежные слова?

(Йыги улыбается) – Не только способен, но и неоднократно то, что вы так красиво нафантазировали, делал, - за исключением омлета, я его не люблю и жена мне его не готовит.

- Обожал женщин и господин Вийлуп, наверное, он их и сейчас обожает, а вот женский праздник 8 марта почему-то не признавал, считал его праздником Клары Цеткин и Розы Люксембург. Мати Йостов же, наоборот, возродил День шахтера, спасибо ему за это. А как вы относитесь к праздникам? У вас есть любимый?

- Таковым я считаю Рождество - тихий, светлый, семейный праздник, хорошее общение с детьми. А что касается названных вами Женского дня 8 марта и Дня шахтера, то к ним надо относиться именно как к праздникам, посвященным, в одном случае, нашим милым женщинам, и в другом - нашим славным шахтерам. И те и другие достойны того, чтобы у них были свои праздники, без какой-либо примеси политики. Ведь эти праздники, ко всему прочему, еще и возможность тесного, доброго человеческого общения!

- Есть ли на земле такое место, где бы вам очень хотелось побывать?

- Да, такое место есть! У меня есть родственники по линии отца, которые жили на западном побережье Канады, в Британской Колумбии. И я еще в детстве, когда мне было лет 12, с большим интересом рассматривал красочные туристические буклеты с потрясающими видами природы тех мест, что присылала нам тетя, и с восхищением думал: «Вот это место, вот это класс! Вот побывать бы там!». С тех пор прошло немало лет, я был в самых разных местах, а то детское, яркое впечатление осталось до сих пор. И теперь я думаю: «А пусть это все так красивой картинкой-мечтой и останется, и я туда не поеду». Понимаете, это хорошо, когда в твоей жизни еще остается какая-то загадка, тайна!

- Ваше кредо или девиз?

- Если взялся за что-то, то сделай это достойно!

- А теперь, если позволите, я задам вам пару-тройку вопросов, непосредственно касающихся сегодняшнего «ЕР». Недавно прочитал, что у вас проблемы с вентиляцией и шахтеры работают в загазованных забоях, что есть проблемы с «обувью» для большегрузных самосвалов. Как решаются эти проблемы?

- Мы уже провели по поводу работы шахтной вентиляции несколько собраний, тщательно проанализировали сложившуюся ситуацию, выслушали мнения всех заинтересованных сторон, определили самые уязвимые и проблемные места и решили, что и как можно и нужно сделать, чтобы эту проблему снять. Главное, что нам надо сделать – это установить в шахте нормальный ритм работы, и если при этом будет правильно откалибрована вентиляция, то все должно нормализоваться. Дело в том, что одно время у нас были очень большие нагрузки, при этом ритм работы нарушался, и люди начинали работу в плохо проветренном забое. Если мы сумеем за этот год создать спокойный ритм работы, то этим самым уже снимем большую часть возникшей проблемы, а если потребуются дополнительные меры, то и обновим систему вентиляции, установим более мощные вентиляторы и вентиляционные мешки (трубы) большего диаметра.

- Ну а с покрышками как разобрались?

- Здесь было больше ненужного шума, чем самой проблемы. Дело в том, что сейчас в мире производится очень много самосвалов, а «обуви» на замену осталось такое же количество, и она перешла в разряд дефицита. Но мы не сидим сложа руки, и шины, те или иные, но которые нам необходимы, в конечном итоге все равно будем получать. Делаем все от нас зависящее, чтобы нас сильно не прижимали и не ставили нам особые условия, особенно в ценовой политике...

- Как вы считаете, сланцевая энергетика конкурентоспособна?

- Сегодня генерирующие мощности разделяются на разные уровни, они включаются в производственный процесс в зависимости от ситуации и величины потребления электроэнергии. И в тот момент, когда включаются мощности, в разряд которых входят станции, работающие на сланце, как в Нарве, или на угле, как в Риге и в Северных странах, - тогда наши Нарвские станции становятся конкурентоспособными и даже находятся в несколько лучшем положении. Но до этого момента мы проигрываем конкурентам в цене, и поэтому вопрос, как сбалансировать энергосистему Эстонии, - это очень серьезный и актуальный вопрос: где брать базу, где брать пик, как и чем заполнять повышенное потребление электроэнергии в зимний период – это и есть та политика, которую пытаются сейчас выработать. К примеру, если нам в какое-то время выгоднее, т.е. дешевле, покупать электроэнергию в Норвегии, то мы должны так и поступать, и наоборот, если выгоднее нашу энергию продавать, то должны продавать ее. Одним словом, все время надо соблюдать в этом процессе определенный баланс – баланс импорта и экспорта энергии. Это самое главное условие для энергетики, чтобы быть конкурентоспособной...

- А Евросоюз со своими требованиями не задавит?

- Только если требованиями по СО2, но эти требования Евросоюза распространяются на всех европейских производителей электроэнергии, кроме России. От Евросоюза мы можем «откупиться», покупая квоты на СО2, а вот Россия нас может прижать сильнее Евросоюза, если импорт электроэнергии из нее не будет облагаться налогом, который должен сбалансировать разницу в цене по СО2. А если будут брать с российской электроэнергии налог на границе, то тогда мы с Россией будем наравне по генерирующим мощностям. Если же налог брать не будут, то возникнет интересная ситуация: вроде бы из России поступает к нам дешевая электроэнергия, а на самом деле она таковой не будет – нам придется платить налоги по СО2. Вот если этот вопрос не будет сбалансирован, тогда действительно будет трудно и даже опасно, потому что нарвские мощности станут прижимать дешевой российской электроэнергией, задавливать их. Тогда нарвским станциям будет недостаточно часов их работы, чтобы окупиться, а значит, будет повышаться средняя цена за единицу электроэнергии и, естественно, нарушится нормальная экономика Нарвских станций. Все это, конечно, негативно скажется и на потреблении сланца - оно уменьшится. Мы все эти возможные сценарии, конечно, просчитываем и готовы к любым вариантам. Главное же здесь вот в чем: если в реальности российская электроэнергия будет дешевле, то ее и будут покупать и потреблять. Главный критерий в экономике – это цена, а все остальное вторично.

- Все в том же интервью вы сказали, что запасов сланца хватит нам еще на сто лет. Значит, «ЕР» будет жить долго?

- Совершенно верно.

- Спасибо, господин Йыги, вы приятный собеседник и очень хорошо, что не лишены чувства юмора. Всего вам самого доброго и успехов в строительстве нового «ЕР» XXI века.

- Спасибо вам.

Евгений СМИРНОВ

Справка

В AS «Eesti Põlevkivi», которое состоит из двух производств - подземной добычи сланца (шахты «Эстония», «Виру») и открытой добычи (карьеры «Нарвский», «Айду») - работает 3400 человек. Ежегодная добыча сланца равна 15 миллионам тонн. Средняя зарплата 14000 крон. Средний возраст работающих – 45 лет.


Возврат к списку